ВОСТОЧНОМ ПОБЕРЕЖЬЕ РЫБАКИ

– Живым? – профессионально полюбопытствовал Аркадий. На самом деле это его вовсе не интересовало, нам бы их проблемы.
На восточном побережье рыбаки, как правило, продавали только печень, а все остальное выбрасывали. Но в «Борден компани» прибыль извлекалась буквально из каждой унции акулы. Плавники отрубали и продавали китайским торговцам по шесть долларов за комплект. Только на одних плавниках компания выручала от трех до пяти тысяч долларов в месяц. Зубы некоторых акул продавались на отделку платья. Челюсти больших акул высушивались и сбывались в качестве «трофеев» сухопутным «охотникам» на акул.
– Я был занят, – отрезал Аркадий, – и только что прослушал запись. А какая срочность, скажи на милость? После нашего разговора…

Лицо покойника было чистым. Никаких следов смертельного жара, никакой спекшейся хотя бы в дальнем углу шеи кожи.
Этот вариант Аркадия устраивал. Ему не улыбалось работать по Подольскому, зная, что еще три дела ждут расчистки.
Люди стали употреблять акул в пищу с тех самых пор, как начали ловить океанскую рыбу. Самые первые жители Америки – индейцы, населявшие юго-восточную Флориду, – ели акул. Упоминание об акулах и скатах мы находим в произведениях искусства и литературы древних греков и римлян. Нередко в своих ученых трактатах древние авторы обсуждают, как надо готовить и есть акул и скатов. Эпихарм говорит, что скаты хороши с приправой из сыра. Линкей из Родоса, насмехаясь над гордыми афинянами, утверждает, что ни одна из их рыб не может сравниться по вкусу с лучшей родосской рыбой – морской лисицей.

– Согласен, не согласен, – вздохнул Виктор. – Пока я вижу полный вакуум. Возможно, именно в этих… э-э… информационных структурах что-то есть… Они там открытие вдвоем сделали, а потом Подольский слинял. А? Может такое быть? Хорошо, – решился Хрусталев. – Посылай на экспертизу, я оплачу из страховки Малининой, все равно там излишек. Правда, я хотел пустить его на премиальные, но раз ты настаиваешь…
С трассы комната не видна, да и далеко, дальше, чем до домов Пригожина. Убийца мог, конечно, выйти из эшелона, но это обязательно было бы отмечено диспетчером, сразу последовал бы стандартный вызов, штраф – в общем, полное обнаружение себя в месте, которое будет оперативно разрабатываться, и нужно быть полным идиотом, чтобы пойти на такой шаг: ясно, что машину обнаружит первая же экспертиза.
Они заподозрили, что это дело рук гангстерского «синдиката», еще раньше занимавшегося продажей ненастоящего оливкового масла. Это было вскоре после окончания второй мировой войны, и оливковое масло все еще поступало из Европы в небольших количествах и было дорого.
Иногда методы лова акул кажутся нам просто невероятными. В Индийском океане, в районе Сейшельских островов, был организован промысловый лов акул. И хотя он велся самыми примитивными способами, за полтора месяца было выловлено акул общим весом сто семьдесят тонн.

– Другого выхода просто нет, Виктор. Если мы намерены заниматься этим расследованием, без экспертизы патологоанатома не обойтись.
Гварагнелло отправился на рыбачью пристань и, не поднимая особого шума, сказал кое-кому из рыбаков, что он будет платить двадцать пять долларов за тонну катрана. Рыбаки решили, что он свихнулся, но принялись ловить «никчемную» колючую акулу, которая в изобилии водилась в прибрежных водах.
До 1938 года на акул, которые случайно попадали в сети американских рыбаков, смотрели как на морских разбойников, пожирающих промысловую рыбу и наносящих урон, который не может быть компенсирован их продажей. Самая высокая цена акульего мяса была десять долларов за тонну. По большей части акульи туши перемалывались и шли на удобрение.

Он вставил ключ в замочную скважину и внимательно вслушался в звук отпираемой двери. Экспертиза, конечно, скажет точнее, но Аркадий был почти уверен в том, что отмычкой здесь до прихода муровского оперативника не работали. Если кто и открывал дверь снаружи, то именно этим ключом или его дубликатом. Звук был чистым без малейших обертонов, неразличимых для нетренированного уха. Замок здесь был не фирменный, но все-таки вполне профессионально выполненный московской фабрикой дверных замков «Селена», модель А-34, с лицензионной пакистанской микросхемой.
Подъезжая к бульвару Ельцина на малой скорости, Аркадий уступил дорогу рвавшемуся вперед лихачу и, выпустив из рук руль, набрал на приборной панели номер конторы.
– Вот скотина, – с чувством произнес Виктор и обернулся к Аркадию. – Я тебе не говорил… В пятницу он в порядке проверки закопался в дело Минина, нашел там три отступления от процедуры и накрыл нас на триста зеленых.