И ЗАМЕНИТЬ ЕЕ

Но даже если бы не отдал? Даже если бы в комнате побывал за это время посторонний? Не мог же он смыть, снять, содрать с сожженного лица всю кожу и заменить ее новой! Не мог он вставить на место глаза вместо тех, что вытекли…
– Я исследовал стекла. Конечно, эксперт даст точный ответ, но в первом приближении я могу и сам… Ни одно из стекол не подвергалось тепловому удару.
Ученые, входящие в комиссию ООН, считают, что появление рыбной муки является крупной вехой на пути борьбы по обеспечению человека необходимым ему количеством животного белка. В настоящее время стоимость рыбной муки чуть выше стоимости муки из пшеницы или кукурузы. Но усовершенствование ее производства, несомненно, еще понизит стоимость. Использовать ее можно так же, как и пшеничную муку, – от выпечки хлеба до выделки макарон.
Аркадий подошел к окну – крайнему слева. На улице уже было светло, сверху машины на стоянке выглядели маленькими жучками. Рама оказалась закрыта не только на шпингалет, но еще и на шифровую защелку, обе стекла целы, ни проникнуть в комнату, ни тем более покинуть ее через это окно не мог никто. Аркадий перешел к другим окнам, где обнаружил такую же картину.

Опытный кожедер – акулий «скорняк» (одна из редчайших профессий на свете) – снимает с акулы кожу за пятнадцать минут. Это работа, от которой быстро устает самый сильный человек и тупится самый острый нож; хорошо еще, что его можно тут же наточить на жесткой, как наждачная шкурка, акульей коже.
От Аляски до Мексики рыбаки бросали привычные промыслы и уходили на поиски суповой акулы, боясь упустить свою долю пирога. Цены продолжали расти с невероятной быстротой. К сентябрю 1941 года цена дошла до одной тысячи двухсот долларов за тонну. А к тому времени, когда Америка вступила в войну, – до одной тысячи пятисот долларов. Никогда еще рыбаки не зарабатывали так много за такое короткое время. Одно рыбацкое судно вышло из Сан-Франциско и через четыре дня охоты на суповых акул вернулось в гавань, имея на борту груз стоимостью в семнадцать тысяч пятьсот долларов. Один рыбак за пять месяцев заработал сорок тысяч долларов. Но на акулах зарабатывали не только профессиональные рыбаки. Студенты Вашингтонского университета пропускали занятия, чтобы охотиться на акул. Работники с ферм, никогда не видевшие моря, шли в подручные к рыбакам и зарабатывали по восемьсот долларов в неделю.
Однако основную массу акул, которые попадают в сети, предназначенные для другой рыбы, выкидывают прочь, словно из нее нельзя извлечь никакой пользы, а ведь это совсем не так. В большинстве своем, как мы видели, мясо акул вкусно и питательно и идет в пищу во многих странах. Помимо мяса, акула является источником множества полезных и удивительных продуктов.
Они заподозрили, что это дело рук гангстерского «синдиката», еще раньше занимавшегося продажей ненастоящего оливкового масла. Это было вскоре после окончания второй мировой войны, и оливковое масло все еще поступало из Европы в небольших количествах и было дорого.

Рыбакам платят в зависимости от размера и состояния кожи и вида акулы. Когда акулу свежуют, ей отрубают хвост, часть головы и участок возле жаберных щелей, так что размер кожи всегда меньше размера акулы. Оплата основывается на длине кожи. Цена за первоклассную кожу колеблется от одного доллара за кожу длиной от девяноста сантиметров до одного метра до девяти долларов за кожу в два с половиной метра и более в длину. За кожу тигровой акулы платят больше, чем за кожу прочих видов акул, – от двух долларов за самую маленькую до четырнадцати долларов за большую.
Утыканная зубами акулы дубинка под названием паэхоиспользовалась также при единоборстве[16 - Боевые палицы и другие орудия, утыканные акульими зубами, а также изделия из акульей кожи, которые применялись в повседневной жизни полинезийцами, можно увидеть в Музее антропологии и этнографии Академии наук в Ленинграде.]. «Чаще всего ею полосовали поперек тела, словно это была пила», – писал Эллис.
Чтобы разоблачить обман, необходимо было как-то отметить акулий сквален до того, как его добавят в масло, а затем обнаружить его в масле, после поступления в продажу. Для этого было решено воспользоваться антраниловой кислотой – химикалием, который применяется при производстве красителей; кислота эта безвредна, прочна, растворяется в сквалене и не имеет ни вкуса ни запаха, так что без особых реактивов обнаружить ее невозможно. Фирма, у которой гангстерский «синдикат» покупал сквален, разрешила примешать к нему антраниловую кислоту. Теперь оставалось только ждать.
– Опять поругался с Аленой, – констатировал начальник, бросив на Аркадия проницательный взгляд. Мог бы и не изображать из себя Эркюля Пуаро – Аркадий и так знал, что после очередного скандала всегда выезжает на работу с часовым опозданием. – Вид у тебя, будто ты не спал две ночи. Послушай, Аркадий, заведи любовницу, все легче будет…
Открыв глаза, Аркадий понял, что опоздал. Виктор все равно будет недоволен, торопиться смысла не имело, но и лежать попусту он не привык. Пришлось вставать, тащиться в ванную и ждать, пока нагреется вода. Цены на электричество вчера опять поднялись, ненамного, меньше, чем в прошлом году, денег и тогда не хватало, а теперь… Впрочем, начинать утро с привычных мыслей не хотелось – все равно никакого толка. Алена вчера сказала: «Мужик нашел бы подработку, а ты только жалуешься».

В наше время японцы используют не только кожу акул; из хрящей они делают шарк-амино -«эликсир жизни»; из хрящей и кожи, слишком старой, чтобы идти на шагрень, варят желатиновый клей; из печени топят жир; из поджелудочной железы акулы извлекают инсулин и панкреатин, способствующие пищеварению. Но качество современной шагрени было невысоко, и после второй мировой войны в Японии не осталось ни одной крупной сыромятни, занимающейся выделкой акульей кожи в коммерческих целях. Однако профессор Ватару Шимицу из университета в Киото говорит, что на рукоятки мечей до сих пор идет кожа аизаме – плосконосой акулы из семейства колючих, – «чтобы на них не скользила рука».
– Вот скотина, – с чувством произнес Виктор и обернулся к Аркадию. – Я тебе не говорил… В пятницу он в порядке проверки закопался в дело Минина, нашел там три отступления от процедуры и накрыл нас на триста зеленых.
Маори – жители Новой Зеландии – называют семижаберную акулу, населяющую прибрежные воды, туатипи.Из ее зубов[17 - Зубы семижаберных и шестижаберных акул – единственные в своем роде: они напоминают гребенку с лезвиевидными зубцами, постепенно уменьшающимися по величине от переднего к заднему.] они некогда изготовляли похожий на пилу инструмент мира туатипи,единственным назначением которого, как говорят, было резать человеческое мясо. Для маори акулы всегда были связаны с кровью, войной и смертью. Они смешивали акулий жир с красной охрой и раскрашивали этой смесью свои военные каноэ и погребальные камни, воздвигаемые на могилах великих вождей. Они также использовали акулий жир как косметическое средство, мазали им кожу и волосы, а также умащали тела умерших во время похоронных церемоний.

Аркадий стянул с правой руки перчатку, аккуратно сложил и спрятал в сумку. Осторожно перевернул тело и не сумел сдержать возгласа изумления. Женщина из понятых, следившая за его действиями, коротко взвизгнула, а ее спутник воскликнул: «Ни хрена себе!».
– Я не настаиваю, – повторил Аркадий. – Но если экспертиза ничего не даст, мы зависнем, потому что номер седьмой вообще пуст. Это Наталья Леонидовна Раскина, технолог из КИМЕКСа. Работала вместе с Генрихом. Не замужем. Тридцать лет.
Интересно, что делает хозяин этой «Кабуки» в столь непрезентабельном районе города? – подумал Аркадий, выбираясь из машины Виктора и передавая сторожу стоянки ключи и технический талон. У входа в хостель стояла группа людей – мужчины лет по сорока-пятидесяти, Аркадий прошел мимо, опустив голову, ему не нравилось быть объектом изучения. Женщины – куда ни шло, для них это естественно. А мужчинам лучше бы заниматься делом, тем более что шел уже десятый час, рабочее время. Бездельники. Государственное жилье, пособие, позволяющее не помереть с голоду, – жизнь-трава. Неужели погибший Подольский тоже был из таких? Не похоже. Обстановка в комнате, зафиксированная муровским оперативником, свидетельствовала скорее о том, что покойный принадлежал к распространенному среди одиноких мужчин типу трудоголиков, которым все равно где работать – любое дело они делают истово и посвящают ему всю свою неудавшуюся жизнь.