СУМКУ. ОСТОРОЖНО ПЕРЕВЕРНУЛ

Аркадий стянул с правой руки перчатку, аккуратно сложил и спрятал в сумку. Осторожно перевернул тело и не сумел сдержать возгласа изумления. Женщина из понятых, следившая за его действиями, коротко взвизгнула, а ее спутник воскликнул: «Ни хрена себе!».
– Вот скотина, – с чувством произнес Виктор и обернулся к Аркадию. – Я тебе не говорил… В пятницу он в порядке проверки закопался в дело Минина, нашел там три отступления от процедуры и накрыл нас на триста зеленых.
В кармане у Аркадия тренькнул вызов телефона и одновременно на столе перед Виктором высветился квадрат государственной связи, предохраненной от просматривания.
Аркадий отключил камеру, опустил шторы на всех окнах, зажег потолочное освещение, уселся в кресло – единственный предмет в комнате, кроме дивана, на котором можно было сидеть, – и, вызвав приемную морга, отдал распоряжение о транспортировке трупа, сообщил номер дела и прочие квалификационные данные.
Считается, что «Борден компани» вложила в дело не меньше миллиона долларов. Принадлежащая компании рыбачья флотилия насчитывала сорок судов, многие из которых были снабжены холодильными установками и могли находиться в море по шесть месяцев. Вместо сетей они применяли яруса. С самых больших судов спускался стальной трос почти в четыре километра длиной. С троса, на расстоянии двенадцати метров друг от друга, свисали крючки с приманкой. На обоих концах троса были буи. Яруса ставились в море на сутки, затем выбирались. В то время как модная лебедка выбирала трос... и акул, человек, стоящий на носу с большой деревянной колотушкой, оглушал акулу, если она была еще жива, ударом колотушки по рылу, а подъемный кран подцеплял ее и скидывал в трюм, где она могла биться, пока не издохнет.

---

---

Письменные приборы, рамки для фотографий, футляры для столового серебра и футляры для часов – все это делалось из галюша. В шагрень переплетали дорогие книги, из нее делали футляры для таких инструментов, как микроскопы и телескопы.
Поднявшись в лифте на четырнадцатый этаж, Аркадий вышел в коридор, который он уже видел глазами оперативного уполномоченного, вскрывавшего дверь в комнату Подольского три с половиной часа назад. У двери стоял невысокий, неопределенного возраста, мужчина, наряженный почему-то в строгий вечерний костюм – из тех, впрочем, дешевок, что продают в театральных магазинах на вечер премьеры. На премьеру не принято являться в чем попало, бизнес одноразовых «премьерных костюмов» расцвел лет пять назад после того, как в «Современнике» по случаю бенифиса актера Стронгина устроили первую распродажу – в зал не впускали никого, кто не был одет соответственно случаю. Тогда это был скандал – впрочем, бенефициант того и добивался, – а потом идея прижилась, и, кажется, сам Стронгин организовал в Москве первую мастерскую по пошиву «премьерных костюмов» – не только мужских, но и женских. Говорят, нажил миллионы. Ничего подобного Аркадию не пришло бы в голову. Впрочем, он и в театре-то не был те самые пять лет – телевизионные премьерные просмотры не в счет.
В течение многих лет занимаясь поисками способа обработки акульей кожи, «Оушн лезер» оставила далеко позади всех своих конкурентов. Правда, кое-каких успехов в этой области добились в Европе, Мексике и Японии.
– Время семнадцатое октября две тысячи семьдесят четвертого года, – сказал механический голос. – Шесть часов две минуты.
В глазах потемнело, в висках закололо, а затем туман рассеялся, и Аркадий на секунду прикрыл глаза ладонью – у него всегда сбивалась фокусировка зрения, когда он возвращался из виртуального пространства.

---

---

– Скажешь тоже, – протянул Виктор. – Зачем им живой свидетель? Вот что, Аркадий, – оборвал он сам себя, – тут с утра пораньше поступил запрос-гарант. Я отослал в МУР, ответ должен быть с минуты на минуту. Если дадут плюс, поедешь.
– В том-то и дело, что нет, – хмыкнул Аркадий. – Относительно Хельмута никаких сомнений, он голубой. Но Генриха совращать не пытался, а если пытался, то получил полный афронт… Короче, голубые тусовки Генрих посещал то ли из любопытства, то ли просто за компанию с приятелем. Смотрел со стороны.
– Чингарев, дежурный по хостелю «Рябина», – представился «театральный» мужчина, отвечая на приветствие Аркадия. – Вашу карточку, пожалуйста.
Аркадий отключил камеру, опустил шторы на всех окнах, зажег потолочное освещение, уселся в кресло – единственный предмет в комнате, кроме дивана, на котором можно было сидеть, – и, вызвав приемную морга, отдал распоряжение о транспортировке трупа, сообщил номер дела и прочие квалификационные данные.
Перекатывая в уме эту мысль и зная, конечно, что она останется без последствий, он выпил кофе с тостами (сыр оказался слишком соленым, странно, австрийские сыры всегда ему нравились) и включил компьютер, чтобы посмотреть почту.

---

---

Аркадий стянул с правой руки перчатку, аккуратно сложил и спрятал в сумку. Осторожно перевернул тело и не сумел сдержать возгласа изумления. Женщина из понятых, следившая за его действиями, коротко взвизгнула, а ее спутник воскликнул: «Ни хрена себе!».
Государственный хостель «Рябина» сверху выглядел крестиком, небрежно намалеванным между четкими линейными обводами стандартных домов-сборников. По какой-то причуде архитекторов каждая сторона креста отличалась длиной от остальных. К тому же, здесь не было ни одного прямого угла, так что скорее это был не крест в традиционном понимании слова, а паук, у которого мучители-вивисекторы оторвали половину лап. Судя по расположению здания, комната Подольского находилась в самой длинной стороне креста, торчавшей на юг подобно ятагану, который пытались выпрямить непонятливые оружейники.
Сагари,или сагри, -это кожа с крупа лошади, обработанная особым образом: после удаления шерсти кожа размягчалась, в нее вдавливали зерна и подвергали сушке. Затем зерна удаляли, и на коже оставались отпечатки от них, отчего кожа приобретала зернистую фактуру.
Аркадий чуть отодвинул тело и встал на то место, где стоял Подольский, когда, по всей видимости, ощутил острый укол в сердце. Скорее всего – в сердце. Если бы речь шла об инсульте, лицо выглядело бы иначе.
– По-моему, это вообще не бытовуха. Я не понимаю, почему МУР разрешил нам заняться этим делом. Это скорее по их части.

---

---

У некоторых примитивных народностей считается, что акульи птеригоподии (совокупительные органы самца акулы) – одно из лучших средств, усиливающих половую активность; это же свойство, по словам китайцев, является одним из достоинств супа из акульих плавников.
– Во-первых, – произнес Аркадий, – я не имел этой информации. Во-вторых, откуда ты узнала о гибели Метальникова? И в-третьих, тебе-то какое до этого дело?
– А ей сейчас полезнее побыть одной… Хорошо, – оборвал он себя, – мы не смогли ответить на вопрос о том, как это сделано. Подойдем с другого конца: кто и зачем? Что у тебя в этом направлении?