СЛУЧАЕ, ЕСЛИ

Ловили акул в основном жаберными сетями, которые ставили, как огромные занавеси в километр и более длиной, или от самой поверхности моря, или на дно; грузила вдоль нижнего края сети и буи вдоль верхнего удерживали сеть в перпендикулярном положении. Акулы, преследуя мелкую рыбу, утыкались рылом в ромбовидные ячейки и зацеплялись жабрами или плавниками. Стремясь выбраться, акулы часто рвали сети. А бывало, что, воспользовавшись редким случаем превратиться из добычи в хищника, на них нападала родственница миноги – миксина[14 - Миксины, так же как и миноги, относятся к классу круглоротых животных, близкому к классу рыб. В отличие от миног, миксины ведут паразитический образ жизни.]. Подобно рыбакам, она интересовалась печенью акулы, и частенько в сетях оказывались акулы, уже лишенные печени. Однако уловы были так велики – иногда в сети бывало подвести акул, – а цены на них так высоки, что рыбаки легко покрывали нанесенный им урон.
– Так, – сказал Виктор, просмотрев записи утреннего и дневного расследований, – извини, но я ничего не понял. Подольский умер от лучевого поражения в лицо. В комнату никто, кроме тебя, не входил. В десять тринадцать лицо трупа было совершенно неповрежденным…
– Аркадий, не забудь по дороге домой заехать к Безугловым, взять у них першинги. Иначе придется мотать через весь город в пятницу, а тебе это не нравится.

Аркадий наклонился. Никаких следов крови. Похоже, что тело было сведено судорогой, следствие сердечного спазма или еще чего-то… Следов борьбы нет, в комнате полный порядок, насколько вообще можно говорить о порядке, когда речь идет о жилище одинокого мужчины сорока трех лет.
– В том-то и дело, что нет, – хмыкнул Аркадий. – Относительно Хельмута никаких сомнений, он голубой. Но Генриха совращать не пытался, а если пытался, то получил полный афронт… Короче, голубые тусовки Генрих посещал то ли из любопытства, то ли просто за компанию с приятелем. Смотрел со стороны.
Гварагнелло отправился на рыбачью пристань и, не поднимая особого шума, сказал кое-кому из рыбаков, что он будет платить двадцать пять долларов за тонну катрана. Рыбаки решили, что он свихнулся, но принялись ловить «никчемную» колючую акулу, которая в изобилии водилась в прибрежных водах.

Аркадий чуть отодвинул тело и встал на то место, где стоял Подольский, когда, по всей видимости, ощутил острый укол в сердце. Скорее всего – в сердце. Если бы речь шла об инсульте, лицо выглядело бы иначе.
Борден построил в Провинстауне, Массачусетс, завод по добыче из акульей печени витамина А, который добавлялся в молочные продукты. К 1946 году три цента на каждый доллар, получаемый «Борден компани», шли в карманы акционеров благодаря кровожадной акуле, а не кроткой Элси.
– Знает, – твердо сказал Аркадий. – Она потому меня и искала все утро, что ей вдруг стало страшно.
– Первое: наведенная голограмма, оценка вероятности ноль ноль три. Второе: психотронное воздействие, оценка вероятности ноль. Третье: маска, оценка вероятности ноль ноль два…
– Сегодня, – мрачно сказал Аркадий, загружая в компьютер принесенную из хостеля дискету, – я отвечаю лишь на вызовы по категории «смерть».

И среди множества рыб разных пород, которые водятся в Индийском океане, одно из первых мест занимают акулы[13 - Преувеличение. Акулы питаются по преимуществу рыбой и, естественно, хищников всегда значительно меньше, чем их жертв, то есть хотя акулы – очень заметный элемент фауны моря, они куда более малочисленны, чем многие, например, промысловые рыбы.].
– Детективное агентство «Феникс», – сказал бодрый голос Дины-хромоножки, записанный на пленку. – Для заказа расследования нажмите ноль. Для получения информации нажмите единицу. Для оперативного подключения наберите личный номер.
В XVII столетии, когда путешественники стали привозить из стран Востока предметы, покрытые шагренью, например, футляры для драгоценностей, по всей Европе заговорили о прекрасной прочной коже, и европейские ремесленники стали осваивать искусство выделки шагрени, которое сейчас почти совсем забыто. К XVIII столетию искусство это достигло таких высот, что в Голландии возникла даже гильдия segrnywerkers – мастеров шагрени, а во Франции были увековечены имена двух замечательных мастеров, Жана Клода Галюша и его сына Дени Клода. Великолепная шагрень, выходившая из их рук, называлась галюша;название это до сих пор сохранилось во Франции для шагрени высшего качества.

От Кетчикана до Монтерея на западном побережье Америки, в маленьких городках на побережье Карибского моря, во всех рыбачьих портах, где акула для многих поколений рыбаков была вселяющим страх и ненависть врагом, она вдруг оказалась источником обогащения.
Гораздо успешнее, чем ученые, скваленом, добываемым из печени акул, воспользовались члены шайки гангстеров. Они выпустили в продажу растительное масло со следующей надписью на этикетке: «20 % оливкового масла». Но пищевики заявили, что, судя по вкусу и запаху этого масла, оно не отвечает своему названию.
Внимательный осмотр занял минут двадцать. Пришлось снять с трупа рубашку, стянуть брюки. Врачи «скорой», конечно, все зафиксировали в своем протоколе, но экспертизу назначать придется Аркадию, и наверняка нужно будет сравнивать данные.
Возможно, рыбаки Сейшельских островов нашли, наконец, применение трубадурам рок-н-ролла. Но они не нашли пока способа сделать лов акул коммерчески выгодным. Для этого нужно время, терпение и правительственные дотации, предоставляемые в той или иной форме. Только в том случае, если используются все побочные продукты, которые можно получить из акулы, если все эти продукты имеют рынки сбыта, если применяются современные методы лова, сохранения мяса и побочных продуктов и утилизации их, промысловый лов может быть прибыльным. Во всяком случае, теоретически подсчитано, что на акуле средних размеров можно заработать от пятнадцати до двадцати долларов, но, конечно, только в том случае, если она будет утилизирована так же основательно, как в мясной промышленности утилизируют свиней и крупный рогатый скот. Например, тигровая акула в двести килограммов весом может дать пятьдесят килограммов съедобного мяса, девять килограммов кормовой муки, тридцать восемь литров печеночного жира, полтора килограмма годных для продажи плавников, на полтора доллара зубов, которые пойдут на сувениры, и кожу, за которую можно выручить самое меньшее три доллара.
– Да, согласен, так не бывает. Но иного решения я не вижу. Могли Подольского убить в другом месте, а потом перенести тело?