ИНОГДА ВЫИГРЫВАЛ

– Вызовите «скорую», – бросил Аркадий, и комендант за его спиной что-то быстро забубнил в микрофон.
– На трупе? Эксперт скажет точно, но, по моим оценкам, Подольский умер в середине ночи – часа в два, скорее всего. Он полночи там пролежал – с изуродованным лицом!
Во время войны семьдесят пять процентов витамина А, добываемого в Америке, производилось из акульей печени. Хотя был правительственный приказ строить на верфях только военные корабли, из этого правила было сделано исключение – разрешалось также строить рыболовецкие суда для промыслового лова акул. Война и страсть к наживе дали толчок массовому лову акул, и чем больше вылавливалось акул, тем больше мы узнавали не только о витамине А, но и о самих акулах.

К 1950 году акулий бум закончился. Конечно, потребовалось какое-то время, чтобы заменить витамин, добываемый из акульей печени, синтезированным витамином, но все же акульи промыслы сворачивались один за другим. В Калифорнии, где за один год во время бума вылавливалось до двадцати пяти тысяч тонн акул, улов упал до четырехсот пятидесяти тонн и, наконец, дошел до тех же незначительных цифр, которыми он измерялся до бума. В штате Вашингтон, где во время бума за год вылавливалось акул на три миллиона долларов, за печень катрана стали давать по двадцать пять центов за килограмм, и за весь 1953 год было продано акульей печени всего на три тысячи долларов. Элси больше не имела соперника в лице акулы. В 1952 году «Борден компани» вышла из акульего бизнеса. Акула вновь стала помехой и врагом.
– В двадцать часов восемнадцать минут Подольский вернулся в «Рябину», поднялся на этаж, открыл дверь своим ключом, вошел и заперся изнутри. Ключ остался в скважине.
– Андерстенд, – отозвался Виктор. – Я все анденрстенд, кроме одного: зачем ты, дорогой господин Бадаев, скосил с меня в прошлую пятницу триста зеленых?
– Не говоря уж о том, что три часа спустя на лице не оказалось следов лучевого поражения. А маска, голограмма и прочие психотронные штучки твой комп практически исключил.

– Которое ты все равно уже заказал, – пробурчал Виктор. – Выясни, какой суммой мы располагаем, и действуй, не превышая ни на копейку.
Лицо покойника было чистым. Никаких следов смертельного жара, никакой спекшейся хотя бы в дальнем углу шеи кожи.
На этот раз результаты химического анализа были фантастичны. В печени суповой акулы оказалось в десять раз больше витамина А, чем в печени катрана, и, следовательно, в сто раз больше, чем в печени трески.
– Все это было проделано. В пять сорок пять система обнаружила, что Подольский лежит на полу без признаков жизни. Дальше действовала стандартная процедура.
– Тебя опять жена спрашивала, – сообщил Виктор, когда Аркадий вернулся в офис. – Жалуется, что ты не отвечаешь на вызовы даже по категории «жизнь».

– Покушение, – сообщил Хрусталев. – Стандарт номер восемь. Полагаю, Самсон не разберется, а Банкир потащит дело на кругляк.
Когда ставки в игре были достаточно высоки, человек все ставил на карту и иногда выигрывал – акулы многих сделали богатыми. Но даже в том случае, если в единоборство с акулой вступает человеческая алчность, преимущества на стороне акулы.
Аркадий отпрянул. Если можно говорить о покойниках «нормальный», то перед ним лежал именно нормальный покойник, и Аркадий мог в первом приближении определить, что умер Подольский, скорее всего, от острой сердечной недостаточности – вот характерные синюшные пятна на висках, а вот и на пальцах. Возможно, перед смертью его что-то сильно напугало, и это послужило причиной приступа, а вожможно, все было наоборот – прихватило сердце, Подольский смертельно перепугался, нормальная реакция для человека, никогда на сердце не жаловавшегося…
– Отключи, – бросил Хрусталев Аркадию, и тот послушно надавил на кнопочку, не вынимая телефон из кармана. Кто бы ни звонил – подождет или запишет сообщение на автоответчик. В световом квадрате между тем всплыло и повисло над столом изображение головы Антона Бадаева, эксперта-криминалиста второго отдела МУРа. Бадаев был с утра небрит, всклокочен и похож на человека, который провел ночь в не слишком приличной компании. Скорее всего, это впечатление соответствовало истине, но бывали случаи, когда Бадаев изображал гуляку и выпивоху, намеренно вызывая у собеседников вполне просчитываемую реакцию, которой он по каким-то известным лишь ему причинам и домогался.

Шагрень – кожа акулы или ската с вкрапленными плакоидными чешуями – на редкость красивая вещь. Острые концы чешуй полируются вручную или стачиваются при помощи карборундового точила. Но из шагрени нельзя делать абсолютно все. Она применяется в основном с декоративными целями.
От Кетчикана до Монтерея на западном побережье Америки, в маленьких городках на побережье Карибского моря, во всех рыбачьих портах, где акула для многих поколений рыбаков была вселяющим страх и ненависть врагом, она вдруг оказалась источником обогащения.
Исследования, проводимые комиссией Организации Объединенных Наций, показали, что из акульего мяса можно получить еще один полезный продукт: муку. Эта мука куда питательнее, чем мука из пшеницы. В рыбной муке (для ее производства может быть использована любая рыба) содержится восемьдесят пять процентов животного белка, и в свежем мясе и рыбе всего пятнадцать процентов. Рыбная мука стоит на первом месте по содержанию животного белка среди продуктов, созданных человеком.